Держи ружьё

Удар. Я подскакиваю с кровати. Пол трясётся. Я ловлю очки уже летящие на пол со стола, со второго раза надеваю их. Пол ходит ходуном. Землетрясение? В Питере? Фига ли? Наконец, спустя три минуты затихает, за это время я успеваю одеться. Смотрю на часы – четвертый час ночи, но случилось что-то экстраординарное, точно. Я жму на кнопку запуска компьютера, но ничего не происходит.

Посмотрев на стену (там выключатель света с диодом), понимаю, что света нет. Беру с пола телефон, с трудом найдя аккумулятор, включаю. Пока он запускается – сижу и думаю, что делать. Родители за городом. Отчасти, так даже проще. Телефон включается, но сети нет. При отключении питания это возможно, но случается не так часто, вед у операторов есть свои резервные источники питания. Включаю “самолётный режим”, неизвестно, когда восстановят электричество, а телефон может пригодиться в любой момент. Паспорт, немного наличных, фонарь, берцы и, немного подумав, тяпку во внутренний карман куртки. Мародёры – такая штука, по снам знаю…
На улице тихая паника. Людей много и они не знают, куда податься, что делать, некоторые переговариваются, кто-то кричит. Сжимаю в правой руке шило (не запомнил, как положил его в карман), левой поправляю на лбу шапку, быстрым уверенным шагом иду в сторону ближайшего отдела милиции. Можно направиться до того, где работал, но это минут на десять дальше. А мне нужно понять, есть ли какая-то информация. На левом бедре болтается фонарь. Пускай болтается. Мне долго не открывают, пока меня в окно не видит Света – девушка, с которой мы вместе были в учебке.
Я успеваю протиснуться в дверь, не пустив в отдел полиции больше никого, хотя несколько человек ломились. На столах стоят керосинки, Видимо, дизель-генератор в подвале у них такой же нерабочий, как и в нашем отделе. Информации никакой. Разве что по рации сообщили, что надо собрать весь состав, а как это сделаешь, когда нет электричества, и телефонные сети никакие не работают. Я пару часов сижу на лавке в КСЗ, в полудрёме, меня не выгоняют, понимают, что я свой, могу пригодиться. Раз в полчаса я выключаю “режим полёта” на телефоне, но связи так и нет.
Шесть двадцать две, я очередной раз включаю сеть на смартфоне, и вот оно, наконец-то значок G – GPRS, никакого 3g, даже продвинутого протокола второго поколения EDGE нет, ну ладно. Кричу, что телефонная связь есть. Все начинают звонить. Но сеть перегружена, я, видать, уже не первый обнаружил, резервные базовые станции не справляются с нагрузкой. Я же лезу в твиттер. А вот в твиттере есть активность – трясло, как я понимаю не только Питер. Не только Москву. Не только Самару и Краснодар, а ещё и Находку. А ещё и Штутгарт. И Японию. И Канаду. И даже далёкий Северно-Американский город Напервиль. Трясло так же и Израиль. Всё это я транслирую бывшим коллегам. Коллеги от такой информации несколько приходят в ступор. А потом в ленте начинается страшное.
С разных уголков планеты начинают сыпаться описания, по всему выходит, что существ одних и тех же, что нападают на города, убивая всё, что попадается под лапу. Полиция относится к сообщениям со скепсисом, но полчаса спустя объявляют “крепость”, к этому моменту солнце уже взошло, в отделе около семидесяти процентов состава. Дежурный вооружает всех. И чертыхнувшись, выдаёт мне пистолет и два магазина, которые не привязаны сейчас к какому-то из сотрудников. С улицы слышны крики людей. Истошные. И страшный рык. Я нахожу кобуру, набедренную, усиляю её ещё одним ремнём, на самом бедре.
У всех, сидящих в отделе трясутся поджилки. И пот по лицу. В камеры внешнего наблюдения мы дважды видим, как монстры разрывают на куски людей. Все напряжены. Внезапно, дают свет. Телефоны тут же начинает разрываться, в том числе и телефон помощника дежурного, о котором, обычно, мало кто знает. УВД перед звонками кричит по радейке. Кому они будут звонить, и на какой номер. С третьего-четвертого раза это получается. Телевизор молчит – “профилактика”. В твиттере сообщения о монстрах сменяются сообщения о том, что на улицах появляются более гуманоидные существа, но с оружием. И они начинают брать в плен.
Посыпаюсь, очень хочется, простите, в туалет. Вернувшись – снова засыпаю.
Мотнув головой, выхожу из полудрёмы. Я сижу на полу. Берцы, всё те же не очень удобные джинсы, Но теперь, под мотоциклетной курткой с высоким суппортным горлом ещё один пистолет, подмышкой. На ногах наколенники. На поясе, помимо кобуры, ещё разгрузка с магазинами, большей частью от АК. В кармане всё так же шило, во внутреннем – так же тяпка. А в рукавах, по опыту предыдущих снов, видать, по телескопической дубинке. В голове смутное воспоминание о том, как мы вышли на улицу, штурманули военную часть, в которой монстры просто кишели. Вот откуда у нас столько оружия. Однако из полиции у нас почти никого не осталось: два помдежа младше тридцати один участковый и опер-капитан.
Зато наш состав пополнился тремя вояками, которые умудрились выжить, заперевшись на складе оружия и четырьмя нефорами: байкером, двумя панками и одним металлистом. Сотовая связь уже не работала, я так и не смог ни до кого из своих дозвониться. Несколько дней мы с переменным успехом очищали от пришельцев свой район. Научились пользоваться альенским оружием, нащупали слабые места у Чертей и стали немного понимать тактическую логику Пидоров. Оружие оказалось более эффективное, с меньшей отдачей. Но самым большим достижением нашим – стали три браслета офицеров. Они генерируют силовое поле. Коллективно решили, что честно будет отдать эти браслеты, тем, кто их добыл, то ест мне, байкеру и оперу.
Дальше помню смутно. Мы нашли порталы, из которых вышла вся эта нечисть, там провели “в разведке” около месяца. Взяв образцы их топлива, некоторых технологий (пусть даже это были в их понимании “вилки” и “ножницы”, но нам это что-то давало). Портал вернул нас на Землю уже не в Россию. Какой-то город в Штатах. Странное дело, город восстанавливался – они сумели выбить пришельцев, точнее зажать их в одной части города. К мэру вошел я. Он не очень хотел меня слушать, диалогов не помню, помню лишь что-то вроде “какого черта вы вообще припёрлись?”. После чего я капнул ему на стол топливом и сказал “а ещё у них вот такое топливо есть. Не вздумайте поджигать”. Он и не поджег в тот день. И на следующий, а потом любопытство пересилило, и здание мэрии взорвалось и сгорело меньше чем за пять минут дотла.
А потом будильник.